Как устроен мир

Серия переосмысляет ведическую космогонию и феномен тапаса, снижая сакральный подвиг умерщвления плоти до изощрённого метафизического рэкета. Аскетизм предстаёт здесь не практикой духовного очищения, а грубой техникой принуждения пантеона к уступкам через намеренное причинение физиологического дискомфорта демиургам. Однако гносеологический запрос фанатика, требующего раскрыть фундаментальное устройство мироздания, наталкивается на шокирующий минимализм космологической архитектуры — пустынный первобытный океан с дрейфующим на волнах обнажённым титаном. Неспособность ограниченного религиозного рассудка расшифровать образ вселенского сна Вишну оборачивается приступами бессильной ярости, поеданием земли и повторным витком мазохистского шантажа. Сюжет разрешается мгновенным сатори через сокрушительное для эго разоблачение многоуровневой структуры Майи: творец Брахма признаётся, что сам является сном спящего в водах Вишну, а назойливый подвижник — всего лишь мимолётной фантазией внутри этой вторичной грёзы. Отрезвляющий финал ставит крест на религиозном фанатизме, доказывая, что осознание собственной иллюзорности и статуса чужой галлюцинации мгновенно аннулирует всякую нужду в подвижничестве и контроле над бытием.

Ref#[MM4200025]

Broadcast#[ММs02ep10]

Дата публикации: 4.3.2016

Ссылка: https://www.youtube.com/watch?v=lGB79MupJDU

Дата снапшота Web Archive: 8.3.2016

Ссылка на снапшот Web Archive: https://web.archive.org/web/20160308112539/https://www.youtube.com/watch?v=lGB79MupJDU

Сценарий серии

Жил-был супераскет-отшельник: всем аскетам командир, всем отшельникам пример. Десять лет не ел, не пил, до ветру не ходил, изнурял себя так что на небе боги выли уже. Потому как для богов все эти мазохистские штучки как чирий на заднице, они тоже страдают, на чем, собственно, весь институт аскетизма и стоит. В общем, не выдержал Брахма в конце концов и явился во всём великолепии: «Чо надо?» — говорит. «Хочу, — отвечает ему наш отшельник, — увидеть, как устроен мир». «И всё? — удивился Брахма. — Да пожалуйста!» Вдруг оказывается аскет чёрт-те где: океан до горизонта, в океане плавает здоровенный голый мужик, то ли дохлый, то ли спит, и всё, больше ничего интересного. Ну разве что член у мужика соразмерной пропорции. Потом вообще всё исчезло, и оказался отшельник снова на своей полянке — до боли родной, знакомой. Оглянулся — нет никого вокруг. Ух как он рассердился! «Обманули! — кричит. — Нечестно!» Кулаками грозил кому-то, землю даже ел от злости. А потом опять сел себя изнурять, да так изнурял, что пары лет не прошло, что снова Брахма не выдержал и явил себя. «Слушай, — говорит, — ты реально достал! Что на этот раз?» «Хочу, — закричал аскет, — увидеть, как устроен мир! Только на этот раз по-честному!» «Да я же тебе вроде показывал уже, — удивился Брахма. — Ну ладно, смотри ещё раз». Снова здорово: тот же океан, тот же мужик плавает. Ну тут у отшельника уже чуть пена изо рта не пошла: «Шарлатаны! — кричит. — Всех порву! Вы у меня ещё попляшете! Я себя так заизнуряю, что вы плакать будете!» Брахма сконденсировался из ниоткуда и говорит: «Ну чо ты орёшь? Ты хотел посмотреть, как устроен мир — я тебе показал. Вот смотри: это Вишну. Он спит. Ему снюсь я, а ты снишься мне, идиот!» Тут у отшельника нашего случилось наконец-то просветление, и он больше себя никогда не изнурял. Такая вот история.