Пуниа

Меня зовут Пуниа. Я живу в округе Кохала. Это моя мама Хина. Отец мой давно умер, с того времени мы живём очень бедно. Нет у нас ни рыбы, ни мяса — едим мы только батат. Опять батат.

— Мама, позволь мне спуститься в пещеру, куда обычно ходил отец. Я наловлю хоть немного омаров.
— Нет, Пуниа, эта пещера — дурное и опасное место, там тебя съедят акулы.

Вблизи пещеры омаров живёт огромная акула Каиалиале. Под его властью десять акул, и они охраняют вход в пещеру. Но я всё-таки не послушался и спустился к воде. Громко так говорю:
— Хотел бы я знать, крепко ли спит эта огромная акула Каиалиале? Если да, то я смогу нырнуть и выплыть вон на то место. Там я поймаю парочку омаров, и у нас с матерью будет мясо к батату.

Вот теперь у Пуниа есть два омара, и он их съест, это поддержит мою мать и меня. А ведь это меня научила не первая, не вторая, ни третья, ни четвёртая, ни пятая, ни шестая, ни седьмая, ни восьмая, ни девятая, ни десятая. Это одиннадцатая акула, та, что с тонким хвостом, научила меня, что мне делать.

Когда мы съели тех омаров, я снова отправился к пещере. Кинул камень в воду подальше от пещеры, а потом сказал те же слова, что и в прошлый раз. Та, у которой самый большой живот, помогла мне в этот раз.

Жизнь стала налаживаться, мы забыли про голод. Я обманывал акул, пока Каиалиале не съел всех остальных. Но я решил добраться и до него.

— Не плачь, мама, я вернусь.

На берегу я громко сказал:
— Если я нырну и акула схватит меня зубами, то кровь моя всплывёт наверх, её увидит моя мать, и я оживу. Но если Каалиале проглотит меня целиком, то мне уж точно не жить.

Ну вот, теперь можно подкрепиться. Я плавал в брюхе Каиалиале десять дней. Ему было так больно, что он не мог найти себе место. Когда я почувствовал, что мы у какого-то берега, я громко сказал:
— Если мы всё ещё в море, то мне ничего не угрожает. Но если я вдруг окажусь на сухом берегу за полосой прибоя, где растёт трава, я, наверное, не смогу спастись.

Увидев огромный предмет на своём берегу, местные люди заинтересовались, подошли ближе. Я попросил, чтобы они были осторожнее и не поранили меня. Они распороли брюхо акулы, и оттуда вышел я — без единого волоска. Ведь все хитрецы — лысые.